Древний Рим, лекции по культурологии

2. Патриархальный характер римской семьи.

Ячейкой общества была семья (familia), глава которой имел неограниченные права над прочими членами семьи. Древнейшие законы Рима предоставляли отцу неограниченную власть. Отец являлся верховным руководителем во всем, что касается домашней религии: он распоряжается всеми обрядами домашнего культа, как ему вздумается, или, вернее, как ими распоряжался его отец. Никто из домочадцев не оспаривает его верховной жреческой власти, само государство и его понтифики не могут ни в чем изменить распоряжений домовладыки. В качестве религиозного главы он отвечал за непрерывность культа, а, следовательно, и за непрерывность рода. Все, что касалось этой непрерывности, - а в этом его главная забота и главная обязанность, - зависело от него одного. Отсюда вытекает целый ряд прав. Право признать или отвергнуть новорожденного ребенка. Это право принадлежит отцу, как по римским, так и по греческим законам. Кровного родства, даже если оно и не подвергается сомнению, еще не достаточно для допущения в священный круг семьи; необходимо также согласие его главы и приобщение к культу. Пока ребенок не приобщен к домашней религии, он ничто для отца. Право прогнать жену в случае бесплодия, так как род не должен прекращаться; или же в случае прелюбодеяния, так как род должен быть чистым, без всякой примеси. Право выдавать замуж дочь, то есть, уступать другому власть, которую он над ней имеет. Право женить сына: женитьба сына имеет значение для продолжения рода. Право эмансипировать, то есть исключать сына из семьи и семейного культа. Право усыновлять, т.е. вводить чужого в культ домашнего очага. Право назначать перед смертью опекуна жене и детям. Все эти права принадлежали исключительно отцу и никому другому из членов его семьи. Жена не имела права развода (впоследствии такое право появилось), сделавшись вдовой, она не имела права ни эмансипировать, ни усыновлять. Ей никогда не поручалось право опеки, даже над собственными детьми. В случае развода ее дети оставались при отце, она не имела власти над детьми, для замужества дочери не требовалось ее согласия.

Собственность признавалась первоначально принадлежащей всему роду, как предкам, так и потомкам. Эта собственность по самой природе своей была неделима; в каждой мог быть только один собственник – сама семья, и только один владелец – ее отец. Собственность не могла быть разделена и находилась целиком в руках отца. Ни жена, ни сын не имели ничего своего. Права распоряжения приданым тогда еще не существовало: приданое жены принадлежало ее мужу. Все, что жена приобретала во время брака, попадало в руки мужа. Она даже не получала обратно своего приданого, когда становилась вдовой. Сын также не имел ничего своего: всякое дарение в его пользу было недействительным, так как у него не было ничего своего. Он ничего не мог приобрести: плоды его работы, прибыль от торговли – все это принадлежало его отцу. Если какой-нибудь посторонний человек делал завещание в пользу сына, то отец получал наследство. Отец мог предать своего сына, но отец же мог требовать, чтобы сын был продан ему обратно. В таком случае он получал вновь власть над ним и мог снова его продать. Законы 12 таблиц разрешает повторять продажу 3 раза, но после троекратной продажи сын освобождался от власти отца. Плутарх сообщал, что в Ритме женщины и дети не могли являться в суде даже в качестве свидетелей; эту привилегию имел только отец, но он нес ответственность за преступления, совершенные кем-либо из его домочадцев. Если сын или жена были лишены государственного суда, так это потому, что они подчинялись суду домашнему. Их судьей был глава семейства, который творил суд на основании своей власти отца и мужа, от имени рода и пред очами домашних богов. Право суда отца над домочадцами, было полное, и на его решение не могло быть апелляции. Он мог даже приговаривать к смертной казни. Причем авторитет отца не был произволом. Он основывался на верованиях, которые коренились в глубине души, и в этих же самых верованиях он находил себе и ограничения. Отец мог изгнать из семьи сына, но знал, что, поступив таким образом, род может прекратиться, и маны его предков подвергнуться вечному забвению. Он имел право усыновить чужого, но религия запрещала делать ему это, если у него был родной сын. Он был владыкой имущества, но был ограничен в своем праве отчуждать его.

Римляне не держали своих женщин в тиши и уединении гинекеев, она появлялась у них и в театрах, и на праздниках, и на пиру; везде ей было почетное место. Ей ступали дорогу даже консулы с ликторами. Но добродетелью считалось домоседство. Ее обычным местопребыванием был атриум. Женщина распоряжалась всем домашним хозяйством. Впоследствии положение женщин, особенно знатных, стало достаточно независимым, они получали хорошее образование, могли самостоятельно распоряжаться своим имуществом, получили свободу в семейной жизни (частыми стали разводы). Во времена империи женщины высшего общества открыто вмешивались в политические интриги, проявляя при этом свойственные им хитрости и упорство. Как-то даже обсуждался вопрос, можно ли правителям провинций брать с собой жен. Один сенатор заявлял, что “… с тех пор как они были освобождены от уз, которыми предки считали нужным их связывать, женщины царствуют в семье, в суде и в войсках”.

Имена римлян состояли из трех частей: личного имени, родового имени, и прозвища, означавшего ветвь рода или относившегося к конкретному человеку: Марк (личное имя) Туллий (из рода Туллиев) Цицерон (личное прозвище – Горошек (из-за маленького носа). Первоначально членами такой патриархальной семьи считались даже рабы.